В китайских житиях бессмертных повторяется одна сцена: перед последним переходом человеку является испытание — не одно, а чередой. И устроено оно неожиданно. Испытание приходит не как соблазн, а как справедливость — в виде того, что человек заслужил и вправе взять. Богатство является не взяткой, а честно причитающимся; покой — правом на отдых после стольких лет. И приходит оно тогда, когда усилие уже сделано.
Сцена из житий
«Ле сянь чжуань» 列仙傳 — «Жизнеописания бессмертных», древнейшее собрание такого рода, приписывается Лю Сяну, первый век до нашей эры.
Около семидесяти кратких житий. Каждое на страницу или меньше: кто был, чем занимался, что с ним стало. Ни рассуждений, ни наставлений.
И в этих житиях, а ещё больше в позднейшей литературе о совершенствовании, повторяется одна и та же сцена.
Человек долго идёт по пути. Годами, иногда десятилетиями.
И перед последним переходом ему является испытание.
Не одно. Чередой.
Перечень
Перечни в разных текстах слегка расходятся, но состав узнаваем.
| Испытание | В каком виде приходит |
|---|---|
| Богатство | Как честно причитающееся |
| Женщина | Как то, чего был лишён |
| Власть | Как возможность делать благо |
| Слава | Как заслуженное признание |
| Покой | Как право на отдых |
| Месть | Как восстановление справедливости |
| Страх | Как разумная осторожность |
| Сострадание | Как долг, но не по адресу |
Главное в устройстве
Посмотрите на правый столбец внимательнее.
Испытание приходит не как соблазн.
Оно приходит как справедливость.
Богатство является не в виде взятки, а в виде честно причитающегося — наследства, долга, который наконец вернули, платы за давнюю работу.
Слава — в виде признания, которого человек долго и по праву ждал.
Власть — в виде возможности наконец сделать то, что он всегда считал нужным.
Покой — в виде отдыха, на который он имеет полное право после стольких лет.
Месть — в виде восстановления справедливости, а не мелкой злобы.
Всё это выглядит не как искушение, а как то, что человек заслужил и вправе взять.
Почему это устроено именно так
Потому что искушение, выглядящее искушением, испытанием не является.
Отказаться от очевидно дурного нетрудно — на это способен всякий, кто дошёл до последнего перехода.
Испытание состоит в том, чтобы отличить своё от своего, но не сейчас.
И приходит вовремя
Вторая особенность, не менее важная.
Испытание приходит не когда человек слаб.
Оно приходит, когда он силён и почти дошёл.
Ровно в тот момент, когда усилие уже сделано, результат достигнут и естественнее всего немного отпустить.
В житиях это подчёркивается: испытание является тому, кому осталось совсем немного.
Логика этого
Она та же, что у сердечного демона, который усиливается по мере продвижения: у испытания должно быть, за что зацепиться.
Человеку в начале пути нечего предложить. У него ничего нет, и брать нечего.
А у того, кто прошёл, есть и накопленное, и усталость, и полное право отдохнуть.
Различение
Отсюда следует то, ради чего вообще стоит знать этот перечень.
Испытание отличается от награды не содержанием, а моментом.
То же самое, полученное после завершения, — награда.
То же самое, взятое до, — испытание.
Ничего в самом предмете не меняется. Меняется время.
Проверочный вопрос
Один: это уже конец пути или ещё середина.
Если середина, то всё причитающееся никуда не денется и подождёт.
Как это узнаётся
Три ситуации, в которых схема работает буквально.
Заслуженный отдых
Человек полгода тянул тяжёлый период. Не сорвался, не бросил, держался.
И вот стало легче.
И именно здесь, а не в самый тяжёлый момент, всё рассыпается. Он расслабляется — на день, на вечер, на один разговор. Берёт своё.
При этом ни в чём себя упрекнуть не может, и это правда: он действительно заслужил отдохнуть.
В том и устройство.
Долг, который вернули
Появилась неожиданная возможность — деньги, предложение, шанс.
Совершенно законная, никем не оспариваемая. И появилась она ровно тогда, когда человек только начал выстраивать что-то другое.
Взять её означает вернуться в прежнюю жизнь с большими средствами.
Право высказаться
Человек долго молчал, и вот наконец появилась возможность сказать всё, что накопилось, — и он в своём праве, и слушатели согласны, и справедливость на его стороне.
Сказанное при этом обычно стоит дороже, чем даёт.
Почему это не про аскезу
Стоит отделить эту схему от призыва отказываться от хорошего.
Перечень не утверждает, что богатство, слава, покой и власть дурны.
Он утверждает, что у них есть своё время, и взятое не в своё время обходится дороже.
Тексты вообще довольно спокойно относятся к тому, чтобы человек получал причитающееся. Речь только о том, что причитающееся, взятое посреди работы, эту работу останавливает.
Что предлагает традиция
Ответ здесь не героический и не про отказ.
То, что кажется заслуженным, стоит отложить на неделю.
Не отказаться. Отложить.
Почему это работает
Потому что различие между двумя вещами обнаруживается само.
Заслуженное неделю выдержит. Наследство, признание, отдых, законная возможность — всё это через неделю останется тем же.
Наваждение за неделю рассеется. Если через неделю предмет потерял всякую привлекательность, значит, дело было не в нём.
И заметьте: никакой борьбы с собой здесь не требуется. Не нужно ни отказываться, ни преодолевать, ни доказывать себе что-то.
Требуется только не спешить.
Наблюдение вместо совета
Одна вещь из этих текстов.
Самый опасный момент — не пик трудности.
Пик трудности человек обычно проходит: там всё мобилизовано и понятно, что нельзя расслабляться.
Опасен момент сразу после, когда напряжение спало, а привычка держаться ещё не заменилась ничем другим.
В житиях это описано буквально: испытание является тому, кому осталось совсем немного.
Как проверялся материал
Все исторические утверждения в статье опираются на названные ниже памятники с указанием века и, где возможно, главы. Китайские термины приводятся в иероглифическом написании, чтобы читатель мог проверить их самостоятельно.
В проекте различаются три уровня достоверности, и в тексте они разграничены явно:
Свидетельство источника — то, что прямо сказано в памятнике. Толкование традиции — то, как это понимали комментаторы, включая случаи, когда редакции расходятся между собой. Наше прочтение — сопоставление с современным опытом; такие места оговорены отдельно и не выдаются за содержание источника.
Материал носит историко-культурный характер. Он не является медицинской, психологической или религиозной рекомендацией.
Частые вопросы
Почему я срываюсь, когда становится легче?
По китайской схеме испытание приходит не в пик трудности, а сразу после — когда усилие сделано, напряжение спало и естественнее всего немного отпустить. Именно этот момент в житиях назван самым опасным.
Как устроены искушения в китайских житиях?
Они приходят не как соблазн, а как справедливость: богатство в виде честно причитающегося, слава в виде заслуженного признания, покой в виде права на отдых. Отказаться от очевидно дурного нетрудно, потому испытанием это и не является.
Чем испытание отличается от награды?
Не содержанием, а моментом. То же самое, полученное после завершения, — награда. То же самое, взятое до, — испытание. В самом предмете ничего не меняется, меняется время.
Что такое «Ле сянь чжуань»?
«Жизнеописания бессмертных», древнейшее собрание такого рода, приписывается Лю Сяну, I век до н. э. Около семидесяти кратких житий, каждое на страницу: кто был, чем занимался, что с ним стало.
Значит, надо отказываться от хорошего?
Нет. Перечень не утверждает, что богатство, слава или покой дурны. Он утверждает, что у них есть своё время, и взятое посреди работы останавливает эту работу.
Что предлагает традиция вместо борьбы?
Отложить на неделю — не отказаться, а отложить. Заслуженное неделю выдержит и останется тем же. Наваждение за неделю рассеется. Борьбы с собой при этом не требуется.
Источники
- «Ле сянь чжуань» 列仙傳, приписывается Лю Сяну, I в. до н. э.
- Перечни испытаний в даосских житиях и литературе о совершенствовании
- Понятие 心魔 по даосскому корпусу
Историческое изложение.
Где продолжение
Эту тему мы разбираем в закрытом канале «Лабиринты Бессознательного»: практическая часть, работа с участниками и полные материалы циклов.
Материал подготовлен в рамках архетипической психосоматики — подхода, который описывает человека одной моделью: тело, сны, совпадения и навязчивые мысли как четыре канала одной системы.