Материал не заменяет консультацию врача. Диабет ведёт эндокринолог, и назначенное лечение не отменяется.
Главное недоразумение
Слово «диабет» произносят так, будто это одна болезнь. Но диабет первого и второго типа — две разные вещи с противоположным устройством.
При первом типе инсулина не хватает. Клетки, которые его производят, погибли.
При втором типе инсулина обычно больше нормы, а не меньше.
Он вырабатывается. Он доходит. Он даже в избытке.
И не работает.
Дальше речь только о втором типе.
Что на самом деле сломано
Чтобы понять, надо знать одну вещь про то, как вообще передаются команды в теле.
Сигнал приходит снаружи и садится на приёмник — белок, торчащий из клетки наружу. У приёмника есть внутренний хвост, свисающий в клетку.
И вот что происходит дальше. На этот хвост вешают метки — маленькие заряженные значки. Они собираются в определённом порядке и образуют причал.
К причалу подходит следующий белок, цепляется — и несёт команду дальше, в глубину клетки.
Метка не действует сама. Метка сообщает, где пришвартоваться.
И вот где ломается
При диабете второго типа метки ставятся. И их даже больше обычного.
Но ставятся не туда.
Значок вешают на соседнее место — и причал не собирается. Следующий белок подходит и не находит, за что зацепиться.
Сигнал пришёл. Метка поставлена. Адрес неверен.
Именно поэтому организм добавляет ещё инсулина — он же «не слышит» ответа. И это ухудшает: чем больше сигнала, тем больше меток не туда.
И вот что важно понять про это
Ломается не приём и не производство.
Ломается опознание своего.
Сахар подходит к клетке. Разрешение открыть дверь выдано. И дверь его не узнаёт.
Сахар остаётся снаружи — в крови. Не потому, что его не пустили. Потому что не признали за своё.
Конфликт
Теперь второй уровень.
Школы психосоматики сходятся здесь в одном, и формулировки у разных авторов почти совпадают.
Сладость есть — и она не входит
Классическая формула звучит так:
Желание наслаждаться сладкой жизнью при одновременной неспособности принять её и впустить внутрь.
И буквально: клетки не открываются сахару.
Один из авторов предлагает простую подстановку. Заменить в описании болезни слово «сахар» на слово «любовь» — и картина станет ясной.
Человек хочет сладости и не решается её взять.
Она проходит сквозь него, не задерживаясь. Он выделяет неусвоенным то, что должен был принять.
И теперь точнее — что именно мешает
Здесь важно не соскользнуть в «он просто не умеет любить». Это неточно и обидно.
Дело в другом.
Вторая линия, которую описывают источники, — конфликт противостояния.
Формула: «я сопротивляюсь тому, что мне отвратительно».
И смысл повышенного сахара в крови назван прямо: быть готовым к схватке.
Битва впереди. Мне придётся защищаться или нападать. Значит, нужен запас энергии — прямо сейчас, в крови, на всякий случай.
Сахар не заходит в клетки не потому, что его не хотят. Его держат снаружи, потому что он может понадобиться.
Соединим две линии
И вот здесь всё встаёт на место.
Человек хочет сладости — и одновременно готовится к бою.
Эти два состояния несовместимы. Нельзя открыться и держать оборону одновременно.
Тело выбирает второе. Оно всегда выбирает второе, потому что выживание важнее.
Сладость остаётся снаружи — на виду, недоступная, в избытке.
И третья линия — про власть
Отдельно описывают ситуацию, где человек сталкивается с властью, которой не может противостоять.
Формула: «я сталкиваюсь с властью, я не могу ей противостоять, я хочу близости».
Обратите внимание, как это звучит. Не «я борюсь», а «я не могу бороться и поэтому хочу близости».
Сопротивление, которому не дают выхода наружу, разворачивается внутрь.
Один из авторов пишет об этом прямо: я не могу открыто противостоять кому-то — и потому испытываю это противостояние в собственном теле.
И семейная линия
Есть наблюдение, которое стоит привести отдельно, потому что оно повторяется.
Диабет часто идёт по роду. И вместе с ним идёт определённый рисунок отношений.
Описывают его так: моё принятие и моё подчинение скрывают мой гнев.
Человек соглашается. Не спорит. Подчиняется правилам семьи.
И под этим согласием лежит несогласие, которому не дали выйти.
Проблема неподчинения в роду — так это называют.
Как это выглядит в жизни
Соберём в узнаваемое.
Человек, который всем удобен. С ним легко. Он не спорит, не требует, не создаёт напряжения. И почти никто не знает, что он на самом деле думает.
Человек, который много даёт и не берёт. Помощь принимает с трудом. Комплимент отводит шуткой. Подарок вызывает неловкость.
Человек, который всегда наготове. Расслабиться не получается даже в отпуске. Внутри постоянный фон: что-то может случиться, и надо быть готовым.
И человек, который тянется к сладкому. Не от слабости характера. От того, что единственная доступная сладость — та, которую можно взять самому, не прося.
Что за этим стоит целиком
Сладость доступна. Она рядом. Она в избытке.
И не входит — потому что вход занят обороной.
Это верно и для клетки, которая не узнаёт сахар, и для человека, который не может принять то, чего хочет больше всего.
Что с этим делают
Чего делать не стоит
Заставлять себя «принимать любовь». Это то же усилие, и оно не работает. Приёмник не станет узнавать сигнал оттого, что вы стараетесь.
Ругать себя за тягу к сладкому. Она следствие, а не причина. Пока другой сладости нет, эта останется.
Искать, кто виноват. Здесь это тупик. Обычно человек и так знает, кому не мог возразить.
Что имеет смысл
Найти противостояние, которому нет выхода.
Вопрос звучит так: кому вы не можете сказать «нет» — и говорите «да» уже много лет?
Часто это не начальник и не партнёр. Часто это кто-то из родителей, живой или уже нет.
Проверить, к чему вы готовитесь.
Если внутри постоянный фон готовности — спросите себя прямо: какая схватка, по вашим ощущениям, впереди?
И вторым вопросом: сколько лет вы к ней готовитесь?
Взять что-то маленькое.
Не «научиться принимать любовь» — это слишком большая задача, и она не выполняется.
А один раз принять помощь, которую вам предлагают, и не отдать ничего взамен. Просто взять.
И отследить, что при этом станет неудобно.
Что сделать на этой неделе
Первое. Вспомните, когда вам последний раз что-то предлагали — помощь, подарок, время. И что вы сделали.
Если отказались или тут же отдали что-то в ответ — это оно.
Второе. Допишите фразу, не думая долго: «Я много лет соглашаюсь с…»
То, что появится первым, обычно и есть ответ.
Третье. Если диабет есть у кого-то из старших в семье — посмотрите, как этот человек устроен в отношениях. Спорил ли. Возражал ли. Говорил ли, чего хочет.
Часто рисунок узнаётся сразу.